November 20th, 2012

homuncul

Нехарактерные разговоры

Побывал на симпозиуме BRAINSTORMS: художник в контексте нейронаук. Проект - своего рода возобновление давнего диалога физиков и лириков. В этот раз была попытка свести в открытой дискуссии ученых, занимающихся исследованиями мозга, и «современных художников-экспериментаторов». Полагаю, в качестве мероприятия для широкой публики симпозиум удался. В зале аншлаг, причем пришла преимущественно молодежь, что дает определенные надежды и вообще радует. Было ли действо полезным для непосредственных участников, вопрос неоднозначный. Кажется, им было сложно нащупать общий язык и найти тот ракурс, где они могли бы сообщить друг другу какие-то новые для собеседника смыслы. Изначально я предполагал, что разговор пойдет главным образом об истоках искусства через призму устройства когнитивных механизмов, в духе «универсальных законов» Рамачандрана. Однако событие оказалось значительно более гуманитарным, спикеры высказывались максимально свободно на тему науки и творчества вообще. А философ Дубровский говорил обо всем, что его волнует. В частности, по его утверждению, тенденция нашего времени состоит в потере контроля над появлением проблем. И неизменная сложность в том, что человек не знает масштабов собственного незнания (перекличка со знаменитыми unknown unknowns Доналда Рамсфелда).

Наиболее содержательной показалась дискуссия о восприятии мозгом музыки, в которой со стороны ученых участвовал сам Gyorgy Buzsaki, крупная фигура в neuroscience. В ней действительно речь шла об экспериментах и исследовательских вопросах. Проводилась параллель с изучением языков: то, как человек слышит музыкальный лад, сродни приобретаемому в детстве акценту, характерному для данной культуры. Обсуждали музыкальные предпочтения китайцев и европейцев. Бусаки показал, как компьютеры позволяют проверять особенности музыкального восприятия – он проигрывал мелодии на скорости, недостижимой для исполнения человеком, и те утрачивали то очарование, которое мы в них обычно находим. Иными словами, то, что мы называем музыкой, ограничено параметрами мозга, ее нельзя считать средой, подчиняющейся исключительно законами композиции. Со своей стороны, пианистка Марина Корсакова-Крейн утверждала, что музыканты лучше решают задачи мысленного вращения фигур (стандартный тест на пространственное мышление). Пожалуй, их разговор был наиболее близок тому, что я бы ждал от данного формата. Вероятно, причина в том, что Корсакова-Крейн сама ведет исследования и даже защитила докторскую в Школе Науки о Мозге в Университете Техас. Так что им было, что обсудить по-существу.

Следующие дискуссии показались менее предметными, и мне с большим трудом удавалось обнаруживать в них тот самый контекст нейронаук. Если же не привязываться к нему, то можно исходить из того, что послушать интересных людей в любом случае полезно. Особенно когда у них есть возможность говорить то, что им близко в данный момент. Так что задумку нахожу в целом положительной. Это как раз тот случай, когда можно идти не за знаниями, а за атмосферой и впечатлениями.

Под катом несколько фотографий и пара комментариев Read more...Collapse )